Мистическая Старая Русса. Скотопригоньевск

Впервые в Старую Руссу Достоевский приехал весной 1872 года. Было решено нанять дачу на лето. Этот маленький городок в Новгородской области им посоветовал профессор М.И. Владиславлев, муж племянницы писателя. Достоевских привлекли целебные воды, относительный комфорт и, самое главное, дешевизна жизни.

В то время Фёдор Михайлович трудился над романом «Бесы», но работа шла тяжело. Он пытался написать Вселенскую историю падения духа человеческого, а это вытягивало последние силы. Кроме того, мучили кредиторы, накопилась усталость, сказывались годы. Нужна была перемена, фундаментальный сдвиг, открывающий второе дыхание.

И так случилось, что именно Старая Русса, благодаря своей атмосфере, красоте, покою и ещё чему-то неведомому, стала инициатором мощного творческого взлёта, давшего миру великий роман мастера – «Братья Карамазовы». Книгу, ставшую больше чем книга. Книгу, ставшую «воздухом», окружающим и освежающим нас.

Замысел романа

Исследователи творчества Достоевского считают, что замысел романа возник из-за одного, обычного на первый взгляд, совпадения. В 1874 году писатель решил остаться в Старой Руссе на зиму и снял для этого на улице Ильинской (Минеральной) дом Леонтьева – тёплый и красивый, с башнями и замысловатыми балконами. К сожалению, в настоящее время дом не сохранился – на его месте располагается ресторан «Ильмень».

Название улицы вызвало в памяти Фёдора Михайловича фамилию одного знакомого по омской каторге, некоего Ильинского. О нём Фёдор Михайлович писал в «Записках из мёртвого дома». Это был подпоручик в отставке, беспутный и безалаберный человек, отбывающий срок за убийство собственного отца. Но позже выяснилось, что Ильинский не виновен в убийстве и страдает на каторге напрасно. Когда его спросили, почему он не борется за своё оправдание, он ответил, что вполне заслужил такое наказание, т.к. иногда желал смерти отцу.

Это история очень сильно впечатлила Достоевского. Тема страдания без вины и самонаказания всегда интересовала писателя. И вот пришло время, Фёдор Михайлович вспомнил несчастного Ильинского и сделал его прототипом Мити Карамазова, человека одновременно взбалмошного, порочного и глубокого, видящего в каторге искупление.

А в 1875 году в Старой Руссе случилось реальное отцеубийство. Некто Назаров был пойман за убийство отца и приговорён к пожизненной каторге. Город сам помог писателю облечь зыбкую идею романа в твёрдую форму.

Скотопригоньевск

Имя города Достоевский изменил. Для вселенской мистерии нужно было найти символическое название, вбирающее в себя не только замысел романа, но и плоды долгих раздумий над судьбами мира. Нечто, выявляющее глобальные тенденции отчуждения и деградации. Тенденции будущего заклания людей ради безжалостных социальных экспериментов.

Современник Достоевского М.И. Полянский в очерке о Старой Руссе, кроме всего прочего, писал: «Город живёт своими торговыми, желудочными, эротическими и всякими другими интересами, кроме умственных. Исключение представляет самая ничтожная часть населения».

Даже древний русский город, с тысячелетней историей, не смог сдержать атаку духа времени.

В центре Старой Руссы в те времена располагался оживлённый скотопрогонный тракт. Наблюдательный Фёдор Михайлович сразу разглядел в нём страшный символ нелепости человеческого существования. Дурную бесконечность блужданий несчастных существ, не имеющих право выбирать свою жизнь. Людей, доведённых до животного состояния, желающих только удовлетворения физических и низменных потребностей.

Фёдор Михайлович впитал в себя Старую Руссу, изучил её жизненные соки, познал все извивы её истории, переименовал в Скотопригоньевск и заселил новыми жителями. Затем преобразовал токами собственного гения и явил читателям драму, раскрывающую трагедию человеческой личности. А в самом центре города, в самом его сердце, устроил великую мистерию – поле битвы, где дьявол с Богом борется…

И город стал одним из действующих лиц, явил себя и целиком, и в мелочах. Достоевский пунктуально воссоздал ландшафт Старой Руссы – улочки, мостики, церквушки и саму атмосферу. Дух старинного маленького городка с амбициями.

В продолжении Мининского (Писательского) переулка был мостик через речку Малашку. Через этот мостик в день убийства Фёдора Павловича бежал Митя Карамазов от дома Груши в отцовский сад. У этого же мостика происходила драка мальчиков с Ильей Снигирёвым. А задолго до этого, пьяный Фёдор Карамазов в кустах рядом с мостиком заметил валяющуюся Лизавету Смердящую. Эта была фатальная встреча, породившая на свет отцеубийцу Смердякова.

Множество сцен прописаны в конкретных местах города, и хотя названия улиц другие, точность описания декораций практически топографическая.

Катерина Ивановна в романе живёт на Большой улице, так Фёдор Михайлович назвал Георгиевскую улицу. Её дом, сейчас сохранившийся, располагается по адресу Крестецкая улица, 5. Лиза Хохлакова с мамой жили на Михайловской улице, а это улица Дмитриевская (Красных Командиров).

Ильинская (Минеральная) улица в романе называется Озёрной. Недалеко от неё в переулке жил Дмитрий Карамазов. Рядом с главными воротами курорта, на углу Ильинской (Минеральной) и Пятницкой (Сварога) стоял жалкий домик штабс-капитана Снегирёва. Дальше по Пятницкой, в несохранившейся Владимирской церквушке (напротив дома 34 по улице Сварога) провожали в последний путь Илюшу. Ещё один мальчик из романа, Коля Красоткин, жил недалеко от Торговой (Соборной) площади.

А на самой площади во времена Достоевского располагался популярный бакалейный магазин купца Плотникова (Гостинодворская, дом 2), куда любил захаживать за сладостями сам Фёдор Михайлович. В романе же там делал покупки Дмитрий Карамазов перед своей поездкой в Мокрое.

А кутил Дмитрий Фёдорович тоже на Торговой площади в ресторане «Столичный город».

«Столичный город»

Одному из трактиров Скотопригоньевска, Достоевский дал название «Столичный город». Ведь проблемы, поднятые автором, не местечковые, а глобальные. «Мерзость запустения» не рождается в маленьких провинциальных городках, а является общегосударственным трендом. Приходит из столицы и распускается жуткими и яркими «цветами зла» на местах.

Этот трактир находился на углу улиц Старогостинодворской и Булина (Гостинодворской и Кириллова), в доме 6, где в конце XIX века была гостиница «Белград». Совсем недавно там работал магазин «Дикси», потом был какой-то нелепый продовольственный без названия, но он тоже закрылся. Теперь там ничего нет.

Именно в «Столичном городе» Иван Карамазов рассказал Алёше «Легенду о Великом Инквизиторе». Странный рассказ, где сквозь явную фантастичность текста тихонечко и неумолимо мелькает жестокая и жуткая правда. Промельк истины. А масштаб проблемы переводится в разряд общемировой.

Вообще «Легенда» представляет собой нечто удивительное – не относящееся к сюжету повествование, не просто является центром романа, но и квинтэссенцией всего творчества Достоевского.

Это пронзительный рассказ о страшной подмене, изменившую навсегда нашу жизнь. Слова Христа: «Ищите прежде Царствия Божия и правды Его, и всё остальное приложится вам» люди применяют наоборот и продолжают думать, что они христиане. Люди ищут успеха в карьере, в науке и даже в искусстве, или просто хотят больше зарабатывать. Материальная жизнь и успех в ней, комфорт, почёт и уверенность в завтрашнем дне провозглашаются высшими ценностями для всего человечества. И ради этого совесть, нравственность и религия отодвигаются на задворки собственной жизни. Отодвигаются, забываются, а потом и высмеиваются.

Фёдор Павлович Карамазов

В создании образа хозяина дома и отца братьев Карамазовых тоже поучаствовала ирония судьбы – название переулка.

В двух шагах от дома Леонтьева, где зимой 1874 года жили Достоевские, находился Зонов переулок (часть улицы Ломоносова, от Минеральной до Декабристов). Там, на месте нынешнего дома 33 по ул. Декабристов, располагался дом генерал-майора Карла фон Зона, который и дал название переулку.

Остроумный Фёдор Михайлович сразу вспомнил другого, петербургского фон Зона, человека крайне неприятного и даже отвратительного. С ним случилась криминальная история, одновременно страшная и комичная – сластолюбивого фон Зона убили в публичном доме, а его тело заколотили в посылочный ящик и отправили почтой в путешествие из Петербурга в Москву.

Такой случай Достоевский не мог пропустить мимо и наделил старшего Карамазова чертами этого нелепого фон Зона. Его похотливостью, глупостью и трагическим комизмом.

Дом Фёдора Павловича Карамазова

Прототипами дома Фёдора Павловича стали два разных дома. Дом священника Георгиевской церкви Иоанна Румянцева выступил в роли дома главного героя, а сад, обстановку и разные мелочи, Достоевский позаимствовал у дома подполковника А.К. Гриббе.

Дом Румянцева, первое пристанище семьи Достоевских в Старой Руссе, располагался на углу улиц Пятницкой (Сварога) и Георгиевской. В настоящее время он не сохранился. Здесь Фёдор Михайлович прожил летний сезон 1872 года и практически дописал роман «Бесы».

Хозяин дома, отец Иоанн Румянцев, сразу понравился Фёдору Михайловичу. Они сделались настоящими друзьями, а после смерти Фёдора Михайловича отец Иоанн продолжал дружить с Анной Григорьевной. Это был человек яркий, незаурядный и остроумный. Он не давал спуску никому, критиковал и мир и клир, был неподкупен, честен и благороден, что совершенно не способствовало продвижению по службе и любви начальства. Идеальный тип человека для Достоевского.

Дом Гриббе находился на набережной реки Перерытицы, на углу Мининского (Писательского) переулка. В 1873 году Достоевский впервые снял этот дом для проживания, а в 1876 году приобрёл в собственность.

Александр Карлович Гриббе, отставной подполковник, служил в аракчеевских военных поселениях и написал несколько интересных очерков о военной службе для журнала «Русская старина». Очерки были замечены и вызвали широкий общественный резонанс. Достоевский тоже читал их и относился к автору с предельным уважением за его смелость и честность.

Дом Гриббе стал семейный гнездом Достоевских: красивый, большой и светлый дом, построенный в немецком стиле. Дом оказался весьма оригинальным, полный забавных тайн и прелестных загадок. Он был весь напичкан потайными шкафчиками, скрытыми винтовыми лесенками и другими сюрпризами, что очень радовало детей писателя. Все эти тайные чуланчики и прятки плавно перетекли в дом Фёдора Павловича Карамазова и эффектно подчеркнули его сумасбродный характер.

Рядом с домом простирался небольшой сад с маленькой банькой и старинной беседкой в глубине. В эту беседку и привёл Алёшу его брат Дмитрий, для разговора. Там Алёша «увидал на столике полбутылки коньяку и рюмочку».

Грушенька Светлова

Прототипом Грушеньки Светловой стала жительница Старой Руссы Грушенька Меньшова. Жила она на другом берегу Перерытицы, «близ Соборной площади», как сказано в романе. Её симпатичный, двухэтажный, каменный домик до сих пор сохранился по адресу: наб. Глебова, 25.

Груша Меньшова, красивая и бойкая молодая женщина, брошенная женихом, постоянно выслушивала укоры строгой матери и соседей. Претерпевшая много лишений, она не озлобилась, а напротив, была человеком добрым, отзывчивым и чутким. С семьёй Достоевских она сразу подружилась и была частым гостем в их доме.

Фёдор Михайлович внимательно следил за судьбой Груши, помогал ей, изучал её характер и пытался прочувствовать её мировосприятие. И на основе реального человека он создавал свою любимую героиню, центральный персонаж романа – Грушеньку Светлову. Персонаж уникальный в своём роде – яркий, запоминающийся, пронзительный. Конечно, автор добавил в судьбу придуманной Груши трагизма и конфликта, сделал её характер сложнее и глубже. Героиня романа явила собой любимый тип Достоевского – человека ищущего и рефлексирующего. Человека, соединившего в себе качества несоединимые – цинизм и душевность, жестокость и доброту, распутство и верность.

Заключение

Старая Русса очень важна для романа «Братья Карамазовы». Она дала Достоевскому нечто сокровенное. Некую тайну, позволившую мастеру до конца сложить мозаику своих задумок и переживаний. Выстроить итог собственных размышлений. Создать великий роман.

Но и роман обогатил Старую Руссу, отпечатал на её улицах мистериальные узоры карамазовских взлётов и падений. Добавил в атмосферу маленького городка дребезг глобальных размышлений. Вдохнул огромный потенциал смыслов, идей и мечтаний. Сделал город прекрасным для тех, кто ищет прекрасного.

И это очень важно в наше время, когда полностью изменились влечения человека. Когда всё кривое, мерзкое, испорченное, неправильное и извращённое стало интересным. Когда аварии, ЧП, казусы, конфузы и глупости стали привлекать внимание огромной массы людей. И, напротив, прекрасные произведения искусства стали скучны.

Люди сторонятся философии и поэзии, опасаются классической музыки, бегут от молитвы. Они словно боятся светлых впечатлений, тонких раздумий и молитвенной радости. Они боятся Истины.

Но без Истины нет жизни. Нет радости Бытия. Нет освежающего воздуху, а есть лишь морок скотопрогонного тракта и бесконечное рабство у собственной глупости. Но свободу может дать только Истина. Сердца очистятся прекрасным, а мир спасётся красотой.

Другие мои статьи из цикла «Мистические города»:
«Мистический Петербург. Взгляд на город через призму Вечности».
«Мистический Сергиев Посад. Паломничество в Лавру»
«Мистический Сергиев Посад. Обитатели»

Храни вас Господь!

Предыдущая запись Выставка Антона Трапезникова «Предметы во времени – бесконечность в пространстве»

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *